«Лабиринты прошлого»: Пенелопа Крус и Хавьер Бардем в новом фильме Асгара Фархади

До российского проката добрался фильм открытия Каннского кинофестиваля «Лабиринты прошлого» двукратного обладателя «Оскара» Асгара Фархади. КИНОТВ уже рассказывал о картине сразу после премьеры, когда она ещё называлась «Все знают». Теперь публикуем более обстоятельный разбор, который подготовил Алексей Васильев.

Главную героиню этого фильма Лауру, мать двоих детей, старшеклассницы и малыша, играет Пенелопа Крус и с первых же кадров преподносит её нам как женщину ослепительную. Ей это удается тем более легко, что фильм начинается с въезда Лауры, жены аргентинского бизнесмена, в родную испанскую деревню виноделов, где она выросла и которая раньше принадлежала её семейству со всеми лозами и потрохами. Победоносные кивки бывшей хозяйской дочки и наследницы из машины старикам, пьющим мансанилью там же, где 20 лет назад, шумные объятия с тётями и дядями, камни, которые помнят её девичьи каблучки, вернувшаяся юная грация, с которой она рада прогарцевать перед детьми, спрятанное под ресницы ликование, что брошенный давний возлюбленный (Хавьер Бардем), как прежде, не может отвести от неё глаз.

Иранский режиссёр Асгар Фархади, за нынешнее десятилетие увёзший в свою угрюмо обособившуюся 40 лет назад в регламентированной духовности страны аж две премии «Оскар», за фильмы «Развод Надера и Симин» (2011) и «Коммивояжер» (2016), уже не в первый раз снимает в Европе. И с тем же удовольствием разминающего после угрюмой родины и долгого перелёта затёкшие ноги туриста, с каким в «Скрытом прошлом» (2013) он фиксировал особую влажную мягкотелость и голые ветки парижской зимы, здесь Фархади упивается пьяным летним закатом Испании. Машина ещё петляет под балконами с развешенным бельем, а её обгоняет ватага юнцов на велосипедах и, как положено истинному испанцу, самый кучерявый останавливается как вкопанный и пристально смотрит вслед девчонке, дочери Лауры, обернувшейся в заднем стекле — а она, Ирен, не в силах оторвать взгляд от этой чарующей, неприкрытой, такой сладкой в своей наглости любви с первого взгляда.

Этому опьянению, какое сопутствует всяким первым шагам по Испании, способствует тот сценарный предлог, что Лаура приехала на свадьбу сестры. Первые 40 минут — подробная хроника мероприятия, где сама природа подыгрывает восторженному режиссёру, и белые облака, как всегда на таких деревенских праздниках почему-то и бывает, тучно скучиваются над накрытыми столами, когда выпито уже достаточно, чтобы пошли танцы. И если бы в этом фильме просто отметили свадьбу, перевлюблялись, поразгружали бы ящики со спелым виноградом и либо разъехались, либо остались бы валяться на тёплой земле, «Лабиринты прошлого» можно было бы смело вносить в список трёх лучших фильмов на свете. И брать билет до Бильбао.

Но через эти самые 40 минут экранного времени, когда на село спускается ночь, пробки вылетают, Ирен исчезает, как в номере фокусника Кио, приходит письмо с угрозами и требованием выкупа, Пенелопа Крус смывает макияж и делается неожиданно похожей на мультяшную курицу, и фильм оборачивается нервотрёпкой настолько изматывающей и монотонной, что зритель, уснувший минут на 15, по пробуждении обнаружит, что ровным счётом ничего не пропустил.

Как же так? Ведь как раз на этой, сороковой, минуте и происходит ровно то, на чём Фархади собаку съел, что принесло ему и Ирану «Оскаров», «Медведей» «Пальмовых ветвей» и всех золотых ослов кинофестивального сообщества. Все его картины начинаются с внедрения в некий микросоциум, семью, экскурсионную группу или актёрскую труппу, затем происходит некая катастрофа — выкидыш, исчезновение, нападение — и эта вынутая из карточного домика опора рушит всю постройку, показывая, что внешнее благополучие держалось на соплях, если точнее — на костях скелетов из шкафов решительно всех, имеющих к пострадавшему отношение. Раскручивается пружина триллера, исход которого приводит к одной и той же морали: всегда, даже чистя зубы, думай о чувствах других, ибо каждое действие необратимо. Что же пошло не так в испанской картине?

Те, кто видел «Развод Надера и Симин», самую премированную и растиражированную ленту Фархади, сразу вспомнят её героев, их лица, их повадки. Персонажи там колоритны, как колоритна их речь, колоритны бытовые и социальные подробности. Наверное, тот фильм не говорит всё о современном Иране, но он вскормлен базовым знанием о нем. Такое базовое знание, когда оно успешно применено, никак не мешает заграничному успеху. Если вам кажется, что нельзя любить «Осенний марафон», не зная СССР конца 1970-х, то отповедью будет доставшийся ему тогда главный приз одного из крупнейших международных фестивалей — и, кстати, проводимого в Испании, в Сан-Себастьяне.

Сами по себе идейные структуры ничего не значат и никого не в состоянии тронуть. Трогает, когда они проступают в узнаваемой действительности, которой герои пользуются, как мы берём со своего кухонного стола коробок спичек: не глядя, машинально, не задумываясь. Такая узнаваемость автоматически влечёт за собой комический эффект — и он очень играл на руку «Разводу Надера и Симин». От того, что умозрительная абстракция разыгрывалась в самом пекле быта, всегда несущего комический заряд, она только и обрастала плотью и эмоциональной доходчивостью.


С парижским банльё в «Секретах прошлого» Фархади справился отчасти потому, что там протагонистом был иранец, приехавший во Францию оформить развод, отчасти потому, что Францию, где Фархади давно получал призы, имел контракты с продюсерами, он изрядно изучил.

Испания тоже прекрасно ему удаётся, пока он смотрит на неё в «Лабиринтах прошлого» восторженными глазами приезжего. Но как только, по законам триллера от Фархади, должно повылезать подспудное, всё стопорится. Ибо подспудное — оно же и исконное. Ничего об исконно испанском Фархади не знает. Тот факт, что он напридумывал всей деревне тайн, загадок и грехов, не делает занимательной картину, где полтора часа персонажи изъясняются общими, лишёнными национальной принадлежности фразами типа «Я места себе не нахожу, как подумаю, как страдает моя девочка», «Кто бы знал, как я волнуюсь за Ирен», «Ты должен что-то сделать, Пако, спаси мою дочь». И происходит очень интересная вещь. Обычная конструкция, философия Фархади в силу этого недочёта впервые обнажается — ведь она выступает без привычной аранжировки пёстрых красок знакомой, всамделишной жизни. И та самая философия, что так впечатляла фестивальную публику, те самые конструкции, за которые вручали «Оскары», оказывается просто скучной и злобной ложью. Ложью, что благополучие наше видимое. Что мы вертим правдой, чтобы повернуть её к себе передом. Что все мы эгоисты, трусы, а ещё воры. Что не видим дальше своего носа. И оказывается, что в предыдущих, удачных фильмах Фархади мы верили не ей, а потешной скороговорке востроносой крашеной хной Симин, словно сошедшей с тегеранского тротуара. Она, как локомотив, протаскивала за собой и философию автора, злую, насупившуюся и тенденциозную, как проповеди аятоллы, да и всякого упёртого богослова.
И хотя этот, новый, фильм про «Лабиринты прошлого» чудовищно скучно смотреть, это прекрасно, что он был сделан, чтобы указать: хлопайте Фархади-бытописателю, но не ешьте с его руки вместе с плотью сочно узнанных нравов кости безжизненного нравоученья.

Впрочем, оговоримся и напомним: скучно его смотреть только с 40-й минуты. До этого он прекрасен, покуда в нем торжествует правда. Правда спелой виноградной лозы. Правда щедрого угощения на закате. Правда испанского мальчишки, затормозившего в пыли свой летевший на всех скоростях велосипед беспечной юности ради зелёного взгляда из-под ресниц.


Читайте также
Рецензии Беспорядок слов: израильский фильм «Синонимы» — новый фаворит Берлинале
Под занавес конкурса в Берлине показали третий фильм израильского режиссёра Надава Лапида «Синонимы» — автобиографичную, но оттого н...
Рецензии Смерти больше нет. В берлинском основном конкурсе — «Антология города призраков»
На Берлинском фестивале показали фильм Дени Коте «Антология города призраков». Поэтическое высказывание в духе русского космизма о земле, жизни...
Рецензии Фильм недели: «Айка» Сергея Дворцевого
С сегодняшнего дня в преступно узком, но всё же прокате — «Айка» российско-казахского режиссёра Сергея Дворцевого, получившая среди прочих...
Рецензии «Золотая перчатка» Фатиха Акина: самый скандальный фильм Берлинале
На 69-м Берлинском кинофестивале состоялась премьера «Золотой перчатки» Фатиха Акина — настоящего немецкого хоррора о реальном серийном убийце, орудов...
Рецензии Отцы и жертвы: в Берлине показали новый фильм Франсуа Озона
Самый актуальный (пока) фильм Берлинского кинофестиваля предсказуемо снял Франсуа Озон. Иначе, впрочем, и быть не могло: его картина расс...
Рецензии Вопросов пачка: в прокате «Девочка». Хит Канн о балерине-трансгендере
В российский прокат выходит «Девочка» Лукаса Донта — бельгийская драма, покорившая Каннский кинофестиваль. Зинаида Пронченко рассказывает о фильме подробнее.&...
Рецензии Путь Карлитоса: в прокате «Ангел» Луиса Ортеги (продюсер — Педро Альмодовар)
На российских, хоть и недостаточно широких экранах — аргентинский хит Каннского кинофестиваля «Ангел», фильм, основанный на реальной...
Рецензии Наш авангард — из девяностых. В прокате «Русский бес» Григория Константинопольского
На российские экраны врывается «Русский бес» — новый фильм Григория Константинопольского, пытающийся примирить русскую литературу XIX век...
Статьи Физическое превращение: Кристиану Бэйлу — 45
21 февраля в российский прокат выходит «Власть» Адама МакКея — комедийный байопик об одиозном американском политике-республиканце Дике Чейни, котор...
Статьи 5 великих фильмов о блокаде Ленинграда
К 75-й годовщине полного снятия блокады Ленинграда КИНОТВ представляет подборку кинолент о самой большой трагедии в истории великого города. ...
Рецензии ...И ещё чернее: почему «Зелёную книгу» перехвалили
В прокат вышла «Зелёная книга» Питера Фаррелли («Тупой и ещё тупее», «Муви 43») — фильм, который умилил всех, один из главных участни...
Рецензии Шаламе Алейхем: на российские экраны выходит «Красивый мальчик»
В российский прокат выходит «Красивый мальчик» — обласканная критиками американская драма бельгийца Феликса ван Грунингена («Разомкнутый ...
Также рекомендуем
Короткометражка Пола Томаса Андерсона для HAIM
Группа HAIM представила 14-минутный фильм Valentine о том, как она записывает новый альбом Something to Tell Y...
Тает в руках и во рту: «Матиас и Максим» Ксавье Долана
В российском прокате — восьмой фильм тридцатилетнего канадца Ксавье Долана, рифмующийся своим названием со&nbs...
20 самых ожидаемых фильмов «Санденса-2020»
В США открылся «Санденс» — главный фестиваль независимого американского кино. Во многом благод...
Фильм «Кэндимен»: только крикни — он появится
Влад Шуравин посмотрел страшилку от Universal и не побоялся произнести *его* имя
Статьи
Короткометражка Пола Томаса Андерсона для HAIM
Группа HAIM представила 14-минутный фильм Valentine о том, как она записывает ...
Рецензии
Тает в руках и во рту: «Матиас и Максим» Ксавье Долана
В российском прокате — восьмой фильм тридцатилетнего канадца Ксавье Долан...
Подборки
20 самых ожидаемых фильмов «Санденса-2020»
В США открылся «Санденс» — главный фестиваль независимого амер...
Рецензии
Фильм «Кэндимен»: только крикни — он появится
Влад Шуравин посмотрел страшилку от Universal и не побоялся произнести *его* имя