Попкорн и кушетка. Оля Касьянова — о моде на психотерапию в киномейнстриме


Вернувшись с набережной Круазет, КИНОТВ сфокусировался на российском кинопрокате, где разгуливают «Детектив Пикачу», очередные «Люди Х» с «Годзиллой» и тёмный двойник истории о Супермене («Гори, гори ясно»). Оля Касьянова решила посмотреть на всё это отстранённо и пришла к неожиданному выводу: мода на психотерапевтичные подтексты в кино и сериалах претендует на звание чуть ли не главного драматургического тренда десятилетия.

Совсем недавно с синхронным уханьем закончились две эпохи — киношная и сериальная, эпоха «Мстителей» и «Игры престолов». Помимо фамилии Старк, гигантомании и битв-дефиле, где каждому из героев, накопленных за декаду, досталось по своей краюшке экранного времени, их объединяет общая парадигма реакции. Несмотря на то, что на финале «Мстителей» аплодировали и смахивали скупую слезу, а передел Вестероса вызвал шквал негодования (в конце концов, бесплатное всегда охотнее ругают, чем то, что смотрят за деньги), обоих могулов одинаково бесполезно судить с точки зрения их собственной драматургии (горе тому, кто зачем-то пытается). Эти огромные развлекательные проекты, неминуемо ставшие чем-то большим, чем развлечение, должны были аукнуться в людях, которые прожили с ними столько лет, масштабными обобщениями «про жизнь и время», и в обоих случаях эти обобщения никак не связаны с художественной правдой произведений — потому что её там, в общем, и нет. Зато есть кое-что другое: простые причинно-следственные связи из кабинетов психолога и книжек по саморазвитию. Главные вещи десятых. Травма. Абьюз. Гиперкомпенсация. Преодоление. Токсичность. Эволюция (деградация) личности.


Бесполезно сетовать, что Дейнерис, которая кружила над Королевской Гаванью, — не та Дейнерис, которую мы знали семь сезонов. Этот вотум недоверия вынесен с точки зрения драматургического чутья, или, говоря проще, интуиции и комплексного жизненного опыта. И такая точка зрения тут совершенно не нужна. Если понять, что перед нами не объёмный персонаж, то есть человек, а лишь один его двухмерный срез — функция, психотип, то всё становится на свои места: гиперкомпенсация травмы, помноженная на неблагоприятные обстоятельства, привела к деградации личности. Бдыщ! Как утверждал Джокер, иногда достаточно одного очень плохого дня, чтобы сделать из героя злодея. Отсутствие каких-то весомых мотивировок, промежуточных фаз и переходов только обостряют красоту этой сентенции. Двухмерный мир терапевтических новелл любит эффектные скачки — они вызывают сильный эмоциональный отклик.

«Мстители», вершина эпохи супергеройского кино, отшлифовали схему психотерапевтической новеллы до блеска: чем больше герои превращались в типовую схему «травма — гиперкомпенсация — преодоление», где суперсила проступала, словно бугристая корка на детской ранке, тем больше зритель вовлекался в этот конструктор, примеряя его на себя перед умозрительным зеркалом. Сами личности героев, таким образом, превращались в вешалки, в условного «Фрэнка» или «Петю» с плакатов с психологическими упражнениями в средней школе — зато ничто не мешало и не торчало. Когда тебе нужно, чтобы схему понял и примерил миллион миллениалов (ха-ха), нужно быть осторожнее и не перебарщивать с конкретикой: семья, эго, тревога и одиночество — вот, в общем-то, и весь репертуар, который подойдёт. Эксперименты с фильмами о Капитане Америка, где было чуть больше социалочки и других менее универсальных тем про внешний мир, показал, что выходить за пул стандартных психологических сессий не стоит — повалит хейт. «Будь собой», «Не вини себя», «Твоя слабость — это твоя будущая сила»... Типовые реплики коуча средней руки со временем даже перестали маскироваться и теперь озвучиваются пословно, моральным придатком к каждой серии, как последнее двустишье басни. При этом продюсеры, придавленные ответственностью за огромные бюджеты, выпускают в одном и том же фильме по две расцветочки одних и тех же посылов: синенькую и красненькую, для либералов и консерваторов, отчего получается безумная идеологическая мешанина, которая, тем не менее, оказывается лучшим компромиссом. Как сказал бы Тирион, когда никто недоволен — все довольны.

За супергероикой, одной из новых мифологий ХХ века, всегда водилась слава простой метафоры для сложных человеческих переживаний. Ещё больше, чем фэнтези, она походит на сказку — древний инструмент познания абстракций через иносказание, символизм, понятный каждому на уровне миндалевидного тела. Юнг не зря построил свою теорию архетипов вокруг народных сказок: Белоснежка в стеклянном гробу — это способ рассказать младшим соплеменникам простыми, но завораживающими словами о подростковой депрессии, инициации и взрослении, не используя (да и не зная) всех этих сухих слов. На заре XXI века, во времена правления Disney и Marvel, сказка снова стала главным жанром — по крайней мере, в широком прокате, который теперь целиком принадлежит разнокрупному молодняку и сопровождающему персоналу в виде родителей. Этот электорат усилил двойственную природу сказки: развлекая яркими фигурками детей, она может также проводить терапевтическую расстановку взрослым. Снимая одновременно для малолетних и их попечителей, Pixar обречён был рано или поздно создать «Головоломку» — катарсичный шедевр, основанный на простом упражнении про персонификацию эмоций.


Как говорят специалисты, терапия — это последний способ обрести хорошего родителя, если с этой задачей не справились ни биологические родители, ни общество, ни любовники, ни друзья. В таком моменте мы и находимся — по крайней мере, судя по тому, как отражает наше время экран и каким языком он говорит. Фильм о покемонах с помощью древних японских легенд о духах и young-adult эротики учит, что нужно «эволюционировать в лучшую версию себя», иначе наступят психосоматические болезни, «не надо винить себя» за родителей, которых не было рядом, а «магия — это надежда». Свежая эко-страшилка про Годзиллу повторяет мантру «Иногда чтобы залечить рану, нужно принять то, что ее нанесло» и уравнивает масштабы битв огромных титанов с внутрисемейными разборками родителей-разведёнок — причем без перехода, в одних репликах, как будто весь мир с полковниками и президентами только и думает, что о семейном кризисе главных героев. «Корпорация „Амбрелла“», «Тёмный Феникс» и «Гори, гори ясно» рассказывают, как взаимодействовать с собственной Тенью, чтобы не бомбануло. Недобитые ромкомы наконец сориентировались и теперь советуют не ждать принцев, а «любить себя такой, какая есть» («Красотка на всю голову») и меняться гендерными ролями («Та ещё парочка»). Netflix пошёл дальше и просто сделал «Сексуальное воспитание» — сериал, который буквально нанимается вам в терапевты, пока вы смотрите на яркие пиджачки из блаженных 80-х и неправдоподобно тёплую для Англии погодку. Красивая клиника, приятный персонал.



Читайте также
Статьи Долго вглядываясь в бездну. К 70-летию Александра Миндадзе
С 26 по 28 апреля в кинотеатре «Звезда» пройдёт ретроспектива фильмов Александра Миндадзе, приуроченная к его 70-лети...
Статьи «Ника-2019»: все номинанты в материалах КИНОТВ
Российская академия кинематографических искусств объявила номинантов на национальную премию «Ника». Лидер — фильм «Лето» Кирилла Серебренникова. Це...
Статьи Балабанову — 60. Кинокритики выбирают любимые кадры из его фильмов
25 февраля Алексею Балабанову исполнилось бы 60 лет. Зинаида Пронченко попросила кинокритиков и журналистов выбрать всего один, но самый д...
Статьи 91-й «Оскар» в материалах КИНОТВ
В Лос-Анджелесе состоялась 91-я церемония вручения премии «Оскар». Публикуем результаты и материалы КИНОТВ о победителях и ...
Статьи «Лабиринты прошлого»: Пенелопа Крус и Хавьер Бардем в новом фильме Асгара Фархади
До российского проката добрался фильм открытия Каннского кинофестиваля «Лабиринты прошлого» двукратного обладателя «Оскара» Асгара Фархади. КИ...
Статьи Физическое превращение: Кристиану Бэйлу — 45
21 февраля в российский прокат выходит «Власть» Адама МакКея — комедийный байопик об одиозном американском политике-республиканце Дике Чейни, котор...
Также рекомендуем
В прокат вышел фильм «Поезд в Пусан 2: Полуостров». Для телеканала КИНОТВ Алексей Филиппо...
Максим Ершов раскрывает, чем подкупает дебютный хоррор валлийки Прано Бэйли-Бонд
Евгений Стаховский изучает историю города Канны и фестиваля
Интервью
«Успех картины “Поезд в Пусан” был попросту удачей»: интервью с Ёном Сан-хо
В прокат вышел фильм «Поезд в Пусан 2: Полуостров». Для т...
Подборки
Обзор (к)инопрессы #71: «Полуночная месса», смех «Скалы», возвращение «Хэллоуина»
А ещё отмечаем фолк-хорроры и загадочный нокиавейв.
Рецензии
Ретро-хоррор «Цензор»: фестивальное кино, в котором есть неон, эстетика VHS и расчленёнка
Максим Ершов раскрывает, чем подкупает дебютный хоррор валлийки Прано Бэйли-Бонд
Фестивали
Канны: арестанты, драконы и общество мёртвых змей
Евгений Стаховский изучает историю города Канны и фестиваля