Я ♥ Дерри: картине «Оно» Томми Ли Уоллеса 30 лет

«Кинг точно знает: у каждого есть свой Пеннивайз, который ходит по пятам с самого детства, и ему совершенно необязательно быть клоуном», — 30 лет назад состоялась премьера телефильма «Оно» Томми Ли Уоллеса. Сделанная по заветам и правилам телевидения 90-х, больше похожая на пьесу, а не фильм, картина Уоллеса для кого-то лишь предвестник более мощной (удачной) попытки воссоздать ужас Дерри на экране (это мы про экранизацию Мускетти). Но «Оно» 1990 года, лишённое продвинутых спецэффектов, разрешения на демонстрацию жестоких сцен, связанных с детьми, бутафорской кровью пугает тем видом ужаса, который выдумываешь, когда связаны руки. Настасья Горбачевская рассказывает о том, как создавалась эта экранизация. 


Опережая Стивена Кинга и режиссёра экранизации, будь то Томми Ли Уоллес или Энди Мускетти, перед Дерри, перед библиотекой со стеклянным переходом от детской секции к взрослой, кинотеатром «Аладдин» и пустошью у Кендускига, выше Пола Баньяна и ярче жёлтого плаща мальчика Джорджи, впереди них всех в авангарде несётся танцующий клоун Пеннивайз. Эмблема, символ, статуэтка на полке, принт на футболке, татуировка на плече: жуткий клоун с взлохмаченными волосами, цветастым нарядом и двумя (тремя, десятью) рядами зубов. «Мы все летаем здесь внизу!» — заливистый смех обещает попкорн и сладкую вату, а вместо ярмарочного праздника оживают самые страшные ночные кошмары. Если попробовать в двух словах пересказать сюжет романа (в этом случае кино в общем-то вынуждено стать пересказом книги), всё упрётся в парадоксальные кошки-мышки: дети бегают от клоуна по всему городу, проходит 27 лет (30, вечность), и теперь уже взрослые носятся туда-сюда по штату Мэн за Пеннивайзом и от него. Идеальный солдат поп-культурного фронта: едва ли найдутся люди не из числа фанатов, способные перечислить по именам всех семерых неудачников, узнать же Пеннивайза им не составит труда. Грустная ирония в том, что по большому счёту едва ли «Оно» — история о страшном клоуне из канализации. 

Стивен Кинг писал роман долго и мучительно, а после публикации 15 сентября 1986 года точно так же воевал с критиками: слишком длинно, слишком пространно, слишком запутано и жестоко — для короля ужасов не осталось ничего святого! Закономерно или вопреки, всё же книга стала бестселлером, продажи сделали своё: «Оно» занимало место на полках читателей, а полки писателя занимали премии. Любовь Кинга и кинематографистов взаимна до маниакальной одержимости, но, увы, не всегда одинаково плодотворна. Конец 80-х был удачным временем для этого брака литературы и экрана: «Останься со мной» почти одновременно с выходом «Оно» из печати бил рекорды сборов и зрительского обожания (Кинг и Роб Райнер рукоплескали друг другу), а в 1989-м всех жутко напугало «Кладбище домашних животных» Мэри Ламберт. 


Канал ABC, приобретя права на экранизацию «Оно», был решительно настроен оседлать эту волну успеха: поначалу за работу взялся Джордж Ромеро, но не срослось. Он планировал утрамбовать роман минимум в восемь серий (никак не меньше шести), запал амбиций автора канал не разделил: квоту сократили сначала до трёх, а потом и вовсе урезали до двух. Сценарист Лоуренс Д. Коэн (автор адаптации «Кэрри» 1976 года) подступился к фолианту: шутка ли, превратить более 1000 страниц в 200? На освободившуюся роль постановщика пригласили Томми Ли Уоллеса. До этого он несколько раз работал с Джоном Карпентером как художник и успел самостоятельно снять продолжение культового «Хэллоуина» под порядковым номером три: того единственного, что обошёлся без Майкла Майерса, а принадлежал к франшизе одной только вывеской. Удачное стечение обстоятельств или злой рок, судить и сейчас сложно: до присланного сценария Уоллес книгу в руках не держал, но, разумеется, о Кинге знал не понаслышке. Получив рукопись, режиссёр отказался сделать то, что позже с азартом воплотили Мускетти и Доберман: поделить жизнь неудачников на до и после, разорвать систематизированную и параллельную структуру Кинга на независимые тома, раздробив динамику зеркального нарратива. Телеверсия 1990 года — взгляд ретроспективный, как и сам роман: история о повзрослевших детях, которые силятся вспомнить, что же случилось тем самым летом, когда им будто бы удалось победить злого клоуна. 

Проект Уоллеса был в заложниках с самого начала, в ещё более узких тисках он оказался сегодня: с одной стороны нависает скалой роман-оригинал и вечные крики читателей: «Книга — лучше!» С другой подпирает двухтомник Мускетти с монструозным бюджетом и помпезными CGI-бравадами: первая глава побила рекорды кассовых сборов в категории R. Ещё и осязаемая теснота: толпу людей (только в клубе неудачников их семеро) необходимо затолкать в квадратную рамку 1.33:1. Но беда не только в буквальном формате экрана, но и в строгом уставе вещания. Стартовал первый сезон «Твин Пикса» — телевидение будто бы начало постепенно меняться, но всё ещё было организмом неуступчивым и заскорузлым, не готовым принять рискованные правила игры. Одна из главных заповедей голубого экрана гласила: дети не должны подвергаться опасности. Но разве не именно об этом писал Стивен Кинг? 


Киноделам пришлось выкручиваться, чтобы не потревожить установленную нравственную планку: кровь только в раковине, на фотографиях и внутри проклятых воздушных шаров. Если не знать заранее, то можно и не заметить: хулиганы во главе с Генри Бауэрсом приставляют нож к телу Бена, но не ранят его — зрительское восприятие само дорисует картину увечья (почти как у Хичкока в сцене убийства в ванной). Бюджета, перераспределённого в пользу зарплаты многочисленных актёров (средства колоссальные для ТВ, но всё равно не исчерпывающие), хватило лишь на куцего паука (хтонический монстр в финале), которого актриса Аннет О’Тулл назвала «королевским крабом Аляски»; отрезанную голову Стенли снимали, заперев Ричарда Мейсера в железном ящике холодильника (иронично для тех, кто помнит книгу), а чаще, чем графику, на постпродакшене использовали анимацию. 

Что же остаётся авторам ужасов, когда в спину дышат 80-е, буквально залитые галлонами бутафорской крови? Чуть ли не главной прелестью жанра (в случае слэшеров точно) стала демонстрация новых изощрённых убийств, эффектных шоу-стопперов, смакующих зрелищность насилия. Как заставить клоуна быть страшным на экране, если он может только стоять в углу, игриво махать рукой и периодически улыбаться?

Создателям осталась одна только сила слова и пауз между: актёры пусть и могут сцена за сценой отыгрывать ужас на перекошенных лицах, но чаще они вспоминают и бесконечно рассказывают друг другу о том, как же им было страшно. Возможно, в этом и кроется альфа и омега романа: исповедь взрослых, состоявшихся и успешных людей о том, как в детстве им было жутко и одиноко, и боялись они, конечно, не клоуна. «Оно» Уоллеса, в сущности, не сериал и не телефильм — это пьеса, заснятая на камеру, почти что голая драматургия, спектакль, разыгранный при помощи реплик, украденных со страниц Стивена Кинга. 


На первый взгляд, «Оно» прикидывается театральной сказкой: если не о тролле под мостом (норвежский фольклор вдохновил Кинга), то о заблудившихся в чаще Белоснежке-Беверли и шести её гномах. Неудачники — будто маски комедии дель арте, номинальные трафареты, маленькие человечки в разноцветных колпачках: Тихоня, Ворчун, Весельчак, Умник — характерные карикатуры, уравненные в чувстве своего страха. В оптике Уоллеса и дети, и затем взрослые образуют единую замкнутую систему, кочующий механизм, сыгранный ансамбль, рассыпающийся на осколки и собирающийся заново, по большому счёту лишь этим единством и существующий. Ещё одна произнесённая вслух реплика, ещё один монолог и одно воспоминание, и каждый из типажей становится носителем собственной трагедии с человеческим лицом. Пусть не греческой и не шекспировской, вместо Отелло, Офелии и Горацио здесь всего лишь Билл, Бен, Майк и Стен, но их тихая драма несчастливого детства более ощутима и понятна каждому в штате Мэн, в Мичигане или Канзасе, вполне возможно, что и в Датском королевстве тоже. Травмы, ставшие будничными, будь то смерть брата, безразличие родителей, домашнее насилие, расизм, комплексы, слепота и глухота соседей — всего этого боялись неудачники, а не кровожадного клоуна. Уоллес, раскладывая свой спектакль на мизансцены и акты, прекрасно отдавал себе в этом отчёт: его лузеры становятся сильнее каждый раз, когда проговаривают вслух чувства. Когда нет нужды сидеть, обхватив руками коленки, один на один в тёмном чулане напротив своего ужаса, а можно поделить страх поровну на всех, его с каждым разом остаётся всё меньше и меньше. 

Лишь периодически театральное действие прерывается цирком. Играет каллиопа, открывается занавес, появляется нарядный конферансье. Тим Карри, вознесённый на Олимп обожания за эту роль, клоун как минимум настоящий (если позволите, аналоговый). В нём нет эфемерности, прозрачности или намёков, Пеннивайз — осязаемый и конкретный аватар страха, его можно потрогать руками, а детский мир в первую очередь тактильный — реальность познаётся на ощупь. Но страшен, конечно, не он сам, а то, что он знает самое тайное и самое сокровенное, чего порой и сам про себя знать не можешь. 


И всё же парадокс и незыблемая сила этой драматургии, касающейся материй куда более тёмных, чем куклы, оборотни и кровь в раковине, — то, что она и правда родственница сказки. Только в сказке Джульетта может ожить, если Ромео того изо всех сил захочет. Оливия Хасси сыграла юную Капулетти в картине Франко Дзеффирелли, здесь она жена главаря неудачников Билла Денброу, заики в прошлом, автора романов-бестселлеров в будущем. Одра встречу с мёртвыми огнями в логове Оно не перенесла, впала в транс и забылась. Уоллес финал Кинга экранизирует подстрочником: Билл и Одра, обмякшая и безучастная, несутся по Канзас-Стрит на стареньком велосипеде Сильвере, и Джульетта возвращается к жизни. «Сильвер, вперёд!» — ребёнок верил, что на нём можно обогнать самого дьявола, взрослый представил, что получится обмануть смерть. В этом-то и вся разница, дети верят в магию обычных и любимых вещей, взрослые забывают, как устроено волшебство. 

«Оно» Томми Ли Уоллеса — не сам ужас, не паника и не болезнь, а ощущение бьющего гусиной кожей озноба, ряби дыхания и гнетущего предчувствия. Критерий страшно/не страшно, как и сравнения лучше/хуже, едва ли можно измерить градусником или линейкой, они рушатся и рассыпаются на разные голоса. Для тех, кто родился в 80-е, вполне вероятно, не найдётся клоуна страшнее, чем тот, что был у Томми Ли Уоллеса, в нулевых — у Мускетти. Но страх, который прячется за белой кожей танцующего мерзавца, будем общим и ещё через 27 лет. Кинг точно знает: у каждого есть свой Пеннивайз, который ходит по пятам с самого детства, и ему совершенно необязательно быть клоуном.


Читайте также
Статьи Я не животное: 40 лет картине «Бешеный бык» Мартина Скорсезе 
13 ноября 1980 года состоялась премьера фильма «Бешеный бык». Спортивная драма Мартина Скорсезе, которая разительно отличается от фильмов ти...
Статьи 10 лучших фильмов Альфреда Хичкока
ПсихоСтрана: СШАЖанр: Триллер, детектив, ужасыГод производства: 1960Длительность: 109 минутОценки: 8.1 Кинопоиск | 8.5 IMDbОписание: Из всех фильмов Альфреда ...
Статьи Умом наш Netflix не понять: российские фильмы в подборке сервиса
Netflix в России. На сервис постепенно добавляются отечественные фильмы и сериалы. Если какой-то российский проект попал в подборку стриминга, можн...
Статьи Сериалы про Средневековье
Белая королеваСезонов: 1Год выпуска: 2013Страна: Великобритания, ФранцияЖанр: драма, мелодрама, военный, историяРейтинг: 7.6 Кинопоиск | 7.8 IMDbОписание: Три...
Статьи Косуха в кино: вневременной символ бунтарей
История создания известной всем косухи — это воплощение пресловутой «американской мечты». Считается, что первым косуху придумал Ирвинг Шотт, с...
Статьи Правила проведения конкурса «Джокер для Харли»
1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1.1. Настоящие правила проведения и участия в конкурсе (далее по тексту — «Правила») регламентируют порядок ...
Также рекомендуем
КИНОТВАлексей Васильев возвращается к дрим-кастам и историям, тоскующим по большому экрану. В этот раз, как пазл, собира...
В конкурсе фестиваля «Зеркало» в этом году участвовала картина «Слепое пятно» — снятая без монтажных склеек история о се...
В Венеции представили экранизацию «Мартина Идена» Джека Лондона — любимого английского романа всех русских людей старше ...
В российский прокат выходит картина «Sheena667» — история про то, как злосчастный вебкаминг врывается в семейную идиллию...
Спецпроект
Экранизируй это: «Дом с синей комнатой» Рику Онды (2005)
КИНОТВАлексей Васильев возвращается к дрим-кастам и историям, тоскующим по большому...
Рецензии
Драматургия аффекта: «Слепое пятно» Тувы Новотны
В конкурсе фестиваля «Зеркало» в этом году участвовала картина «Слепое пятно» — сня...
Рецензии
Поэзия измов: все в восторге от нового «Мартина Идена»
В Венеции представили экранизацию «Мартина Идена» Джека Лондона — любимого английск...
Рецензии
Фильм «Sheena667»: вебкамщица-обманщица и легковерный simp
В российский прокат выходит картина «Sheena667» — история про то, как злосчастный в...

Последние новости

Новости Warner Bros. выпустили синопсис приквела «Безумного Макса» про Фуриосу
Судя по всему, в фильме появится молодой Несмертный Джо.
Новости Рэйн Уилсон предположил, что делал бы Дуайт Шрут после «Офиса»
Персонаж разрывался бы между зомби-апокалипсисом и развитием бизнеса.
Новости Композитор «Списка Шиндлера» Джон Уильямс планирует уйти из кино
По его словам, Харрисон Форд тоже подумывает о завершении карьеры.
Опрос Тест "Угадай фильм по одному предложению"
Насколько хорошо вы знаете сюжеты культовых лент? Ваша задача — угадать, о каком фильме или сериале идёт речь, буквально по одному предложению. Справитесь? Ср...
Новости Брайан Фуллер поддержал петицию за продолжение сериала «Ганнибал»
Поклонники не могут смириться с отсутствием достойного финала для любимых героев.
Новости A24 и HBO Max готовят комедийный сериал «Церковные девушки»
Он основан на жизни комедиантки Меган Сталтер.
Рецензии «Межсезонье» Александра Ханта: «Ты ничего не изменишь, делай как все»
Кинокритик Тимур Алиев уверен, что фильм обречён стать новой русской классикой.
Новости Команда Тайки Вайтити украла реквизит со съёмок «Хоббита»
Художник-постановщик «Реальных упырей» в своё время проявил недюжинную смекалку.