Дарья Жук: «Когда я посмотрела трейлер “Витьки Чеснока” — расплакалась»

В российском прокате фильм «Хрусталь» Дарьи Жук, о котором мы уже писали вот здесь. Денис Виленкин поговорил с режиссёром фильма и исполнительницей главной роли.

Дарья Жук. Фото: Facebook

Как у вас возникла идея «Хрусталя»?

Дарья Жук: Идеей со мной поделилась подруга, но самый большой подарок, конечно, в том, что она не рассказала, что же будет дальше, после финала, который вы видели.

Алина, вы допускаете, что у вашей героини всё закончилось хорошо? Некий хэппи-энд?

Алина Насибуллина: Я вообще слабо понимаю, что такое хэппи-энд. В жизни всегда всё чёрно-белое. Любой самый мрачный конец можно воспринимать как новое начало. Зависит от моей героини Вели, как она будет смотреть на жизнь. Думаю, что ей просто нужно очень много пережить, и это ей пойдёт на пользу. Ну а если вот она уедет в Америку, и в Америке ей тоже, возможно, не понравится. У неё будут претензии.

Вернемся к процессу создания фильма. С синопсисом вы, Дарья, пришли к сценаристу, Хельге Ландауэр, и…

ДЖ: Да, да, мы стали его дорабатывать, сценарий обрастал мускулами, появлялись персонажи. Пару лет мы работали с Хельгой, затем я его показывала продюсерам, но текст был сыроват, и после прошло ещё года два-три, так что, думаю, пять лет у нас ушло на сценарий «Хрусталя», параллельно я занималась и другими проектами.

Алина, что вас привлекло в сценарии?

АН: Поэтичность фильма, картина хрупкая, как и её название — «Хрусталь». Образ телефона, ожидания, развитие образа героини на этом фоне. А в Веле что-то меня вдохновляло в её свободном поведении, лёгкости, наивности, свободе, но в то же время и в заблуждениях по поводу многих вещей, это интересно было пережить.

Кадр из фильма «Хрусталь», реж. Д. Жук

Вы импровизировали?

АН: Был чёткий сценарий, но был и постоянный поиск, хотя импровизировать было сложно, поскольку мы снимали фильм в очень узких естественных локациях, где сложно было уместиться всей съёмочной группе.

Кстати о съёмочной группе. Дарья, расскажите, пожалуйста, как вы познакомились с вашим оператором Каролиной Костой («Взрослые игры»)?

ДЖ: Поворотным моментом стал тот факт, что Каролина работала с моим одноклассником Дэвидом Паблосом, а мой одноклассник — наверное, самый талантливый мексиканский режиссёр. Он снял фильм «Избранные» («Особый взгляд» — Канны 2015, прим. редакции). Это очень жёсткий фильм про рабство и проституцию, но при том вдумчивый минимализм и элегантность, и мне был близок тот киноязык, который Дэвид изобрел с Каролиной. И, к моему удивлению, Каролина оказалась очень заинтересована в постсоветском пространстве, у неё папа был в своё время коммунистом. Латинская Америка вообще близка по духу нам. И мы довольно быстро изобрели наш язык, формат 4:3, цвет, всё, что вы видите.

А сложно ли Каролине было обживать вещественный мир 90-х?

ДЖ: Я создала целую библиотеку! Это были и фотографы, которые снимали в то время здесь, и фильмы, например, Павла Павликовского. Конечно, может быть, где-то она не видела, что это не девяностые, а восьмидесятые, но за всеми подобными вещами следила целая команда.

А какие были ваши личные референсы?

ДЖ: «Короткие встречи» Киры Муратовой, «Страннее, чем в раю» Джима Джармуша, ранняя Лукреция Мартель, например, «Болото». Ну и открытием для меня в этом плане были «Осколки» Сьюзен Сейдельман в плане вдохновения, темпоритма, персонажа.

У вас очень запоминающаяся цветовая гамма, как, впрочем, и у Александра Ханта в «Как Витька Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов».

ДЖ (перебивает): Вы знаете, он его снял, когда я уже тоже сняла свой фильм. Я была в постпродакшене. Мне очень странно в этом диалоге с фильмом находиться, мы как-то нашлись в логосе. Но когда я делала этот фильм, я не знала ни Ханта, ни Балагова. Когда я посмотрела трейлер, я расплакалась. Я думала, всё. Видите, ну значит, мы как-то сосуществуем, делим это поколенческое отношение к кино. Но опять же, если вам кажется, я-то не хочу себя ставить в ряд. Я делала от души, а получилось, как всегда, в контексте.

Как принимают фильм в разных странах?

АН: В странах Восточной Европы, на Украине, в Сербии — замечательно, им очень близка эта история. Конечно, такая история про героиню во многих отзывается, потому что она универсальна. Это история взросления, история поиска свободы, желания уехать, ведь уехать всегда хочется всем и отовсюду. В любой стране есть город, из которого хочется уехать. Даша рассказывала, странно для нас, что египетские бабушки принимали очень хорошо. Да, и то, что в Египте сцена с полицейским вызвала недопонимание: зрители там просто не поняли, как вот так просто полицейский может взять и отпустить из участка за браконьерство.

Дарья, а успех фильма открыл больше возможностей для вас?

ДЖ: Да, конечно, я теперь могу выбирать. Могу сама писать, а могу выбирать проекты, с удовольствием поработаю по найму. Мне интересно, что пишут другие люди, что пишут в других странах, поэтому я не буду, наверное, таким «мегаавторским режиссёром», потому что я хочу работать (смеётся).

А какие-то есть у вас планы на дальнейшее творчество?

ДЖ: Я бы снова хотела затронуть тему женских персонажей и стереотипов, которые мы видим на экране реже, чем хотелось бы. Меня интересуют двойственные, но реальные герои. Меня жутко захватила история с Настей Рыбкой, которая оказалась в тюрьме после того, как соблазнила олигарха. То есть это настолько абсурдно, насколько и реально. И это удивительно, что такие люди рядом, в инстаграме, пишут книги. Я бы очень хотела подойти к этой истории, но пока даже не знаю, как. Поскольку я не очень люблю быть «над» персонажем, а люблю сопереживать и быть с ними. Для меня это очень важно.

Автор — Денис Виленкин
Поделиться
Читайте также
Интервью Марко Мюллер: «Если бы я мог спасти только одного русского, это был бы Сокуров»
КИНОТВ поговорил с одним из лучших  (может быть лучшим) в мире фестивальным директором о Сокурове, Германе, Звягинцеве, Роднянском и о том, по...
Интервью «Обычно все просят, чтобы ты играл Цыганова» — интервью
Евгений Цыганов — российский актёр театра и кино. Родился в Москве, в семье сотрудников московского НИИ. В период с 2001 по ...
Интервью Интервью с Грегом Сестеро (Марк из «Комнтаты»)
«Привет, Марк» — для многих киноманов эта фраза значит не меньше, чем I’ll be back или «Хьюстон, у нас проблема». А вот и сам Ма...
Интервью Режиссёр «Зверя» Майкл Пирс: «Я не хотел превращать фильм в диссертацию»
5 июля в российский прокат выходит «Зверь» — дебютный инди-триллер Майкла Пирса, прогремевший на кинофестивале Sundance. Специально для Кино ТВ Андрей Карташо...
Интервью Марчело Мартинесси: «Важно продолжать снимать фильмы, в которые я верю»
Один из главных сюрпризов 68-го Берлинского кинофестиваля — фильм «Наследницы» — дебют парагвайского режиссёра Марчелло Мартинеси. На показе в зале зияли дыры...
Интервью Юрий Норштейн о современной мультипликации, культурной политике и пошлости
Фото: Efim Erikhman.«Я не говорю о «шинели»Когда ты сидишь за штурвалом, а тебя просят поговорить, посмотреть направо-посмотреть налево — ты попадаешь в авари...
Интервью Михаил Шемякин о «чёрных списках» Минкульта и новом фильме с Вячеславом Полуниным
Михаил Шемякин— художник, скульптор. Лауреат Государственной премии России. После неоднократных арестов выставок, конфискаций работ и принудительного л...
Интервью Йорген Лет: интервью с учителем Ларса фон Триера
Йорген Лет — датский кинорежиссёр и поэт. Одна из центральных фигур в мировом экспериментальном кино. Обладатель пожизненного гранта Королевства Дания за дост...
Интервью Резо Гигинеишвили о фильме «Заложники»
Резо Гигинеишвили — режиссёр, сценарист и продюсер. С пятнадцати лет работал на телевидении. В 2005 году закончил режиссёрский факультет ВГИКа, курс Марлена Х...
Интервью «Я не делаю заявлений, просто делюсь переживаниями»: интервью с Вивиан Цюй
Вивиан Цюй в мире кино прежде всего известна как продюсер. Это она выпустила картины «Вязания», «Ночной поезд» и «Чёрный уголь, тонкий лёд», за которую п...
Интервью Почему фильмы из России не попали на Венецианский фестиваль
Альберто Барбера родился на севере Италии в городе Бьелла. В Турине получил диплом специалиста по современной литературе и истории ки...
Интервью Самый революционный режиссёр Европы
Робер Гедигян — французский режиссёр, сценарист, продюсер, убежденный коммунист и один из самых политически ангажированных режиссеров Европы. Работа...
Также рекомендуем
Выйти из тени: 50 лет Сэму Рокуэллу
Аккурат между двумя отечественными ноябрьскими праздниками своё 50-летие отмечает один из самых удивительных актеро...
Реконструкция Брейвика: «Утёйа, 22 июля» — самый скандальный фильм Берлинале
Ровно на экваторе 68-го Берлинале здесь показали картину «Утёйа, 22 июля» норвежского режиссёра Эрика Поппе — художестве...
Фуга для отсутствующего оркестра: в прокате «Малхолланд Драйв» Дэвида Линча 
В широкий прокат выходит уже ставшая культовой картина Дэвида Линча «Малхолланд Драйв». Отреставрированная ...
Обзор (к)инопрессы #64: Цай Минлян, Лав Диас, «Крик», Дэвид Лоури и Эдгар Аллан По 
Виктор Непша пробегается по самым интересным материалам минувшей недели
Статьи
Выйти из тени: 50 лет Сэму Рокуэллу
Аккурат между двумя отечественными ноябрьскими праздниками своё 50-летие отмечает о...
Рецензии
Реконструкция Брейвика: «Утёйа, 22 июля» — самый скандальный фильм Берлинале
Ровно на экваторе 68-го Берлинале здесь показали картину «Утёйа, 22 июля» норвежско...
Статьи
Фуга для отсутствующего оркестра: в прокате «Малхолланд Драйв» Дэвида Линча 
В широкий прокат выходит уже ставшая культовой картина Дэвида Линча «М...
Подборки
Обзор (к)инопрессы #64: Цай Минлян, Лав Диас, «Крик», Дэвид Лоури и Эдгар Аллан По 
Виктор Непша пробегается по самым интересным материалам минувшей недели