Фильм «Голиаф»: гул лопнувшего терпения

Кадр из фильма «Голиаф»
Кадр из фильма «Голиаф»

Алексей Филиппов рассказывает про «Голиафа» — фильм-исследование фронтира, границы цивилизации и цивилизованности. О библейском мотиве и венецианском успехе — в нашем материале.

В удалённом казахстанском поселке Каратас всем заправляет авторитет Пошаев (Данияр Алшинов). «Советует» иностранным инвесторам, чтобы на предприятии по добыче минералов работали только местные. Берёт мзду за перевозку грузов и блокирует наркотрафик. А тех, кто выступит поперёк его слова, жестоко наказывает. Например, за заявление в полицию пристрелил жену контуженного Арзу (Берик Айтжанов). Все ожидают, что отец-одиночка, едва сводящий концы с концами, будет мстить, но тот не демонстрирует признаков праведного гнева. Даже с благодарностью принимает от Пошаева работу охранником. Сидит себе тихо, вытачивает игрушки из дерева.


Вид казахстанской степи вселяет ощущение истерна — вот и «Голиафа» Адильхана Ержанова хочется записать в формуляр исследований фронтира. Граница если не цивилизации, то цивилизованности, за которой орудует не закон, а право сильного.


Новый фильм плодовитого режиссёра, показанный в Венеции и получивший приз независимых итальянских критиков, буквально начинается с демонстрации физической подготовки Пошаева. Под молитвенное бормотание соратника в майке Lakers он отрабатывает удары на трёх приспешниках, с которыми вскоре пойдёт штурмовать полицейский участок. Бей своих, чтоб чужие боялись. И они боятся: то ли установившегося порядка, то ли — что же будет без него. Даже хромающего молчаливого Арзу весь Каратас подвергает остракизму за якобы попытку покушения на бандита — с ножичком для резьбы по дереву.

Кадр из фильма «Голиаф»
Кадр из фильма «Голиаф»

Пока местные разборки сокращают численность населения, Арзу стойко сносит все испытания. Как одноногий оловянный солдатик, понимающий, что не стоит соваться в пламя. Как Иов, который верил, что всё это для чего-то нужно. Пошаев однажды ему объяснит: народ — жёсткий, демократия — враньё, разделение власти — больше проблем, по-другому — нельзя. Арзу молча слушает всё, что ему говорят, проявляя не мрачную решительность народного героя, а как будто полную покорность судьбе. Правда, в новом жилище таки выточит фигурку кита, словно сигнализируя высшим силам: намёк понял, принял — как Иона, наказанный за своеволие трёхдневной ссылкой в чрево исполинского морского млекопитающего.


Библейскую ауру, конечно, сулит хотя бы одно название, но «Голиаф» при этом не впадает в транс притчи. Эпиграф из «Государя» Макиавелли — о том, что зло должно быть таким, чтобы противник уже не встал на ноги, — настраивает на философский лад, а власть предлагает трактовать максимально широко.


И в религиозном смысле, и в законодательном, и исполнительном, и куда далее — по праву силы или по законам природы. До поры до времени Арзу несёт по сюжетной пустоши, как перекати-поле, только все соратники Пошаева намекают ему, шутливо или серьёзно, что были бы не прочь избавиться от деспота-патриота. Вот он и аккумулирует народную волю под пыльной спецовкой.

На съёмках фильма «Голиаф»

Последней искрой становится обрывистый разговор с новой соседкой Таней (Александра Ревенко), которая провоцирует Арзу вспомнить первую встречу с женой. Именно в этой точке он из объекта превращается снова в человека, который и говорит, и чувствует, и даже стреляет — чего не делал с армейских лет. Глаза боятся — руки делают.

Читайте также
«Экспресс» Руслана Братова: железобетонный результат
Букмекерская контора и мечта в маленьком городе.
Тело в неволе: в прокате «Кэт» Бориса Акопова
Выпускник ВГИКа решил рассказать о тёмной стороне эскорт-услуг.
«С любовью и яростью» Клер Дени: что делать женщине, если…
Максим Ершов рассказывает, почему не впечатлился новой работой Дени.
«Ирония судьбы в Голливуде»: улыбаемся и машем
Иван Афанасьев рассказывает, чего ожидать от американской версии любимой новогодней...
«Три тысячи лет желаний»: залезь мне в сердце, а не в ширинку, джинн
Чувственная сказка от режиссёра «Безумного Макса».
Вскрытие покажет: «Преступления будущего» Дэвида Кроненберга
Про мир, в котором люди потеряли возможность (или дар) чувствовать боль.
Также рекомендуем
На Венецаинском фестивале Мэгги Джилленхол представила картину «Незнакомая дочь» — экра...
Один из самых ожидаемых фильмов в программе Венецианского фестиваля в этом году — «Форма воды» фантазёра и сказочника Ги...
Пути/ы материнства: на Венецианском фестивале показали фильм «Незнакомая дочь» Мэгги Джилленхол 
На Венецаинском фестивале Мэгги Джилленхол представила картину «Незнакомая дочь» — экранизацию одноимённого романа Элены Ферр...
«Форма воды» и формула любви: рецензия на новый фильм Дель Торо
Один из самых ожидаемых фильмов в программе Венецианского фестиваля в этом году — «Форма воды» фантазёра и сказочника Гильермо дель Торо. Режиссёр «Лабиринта ...

Последние новости

На «Ленфильме» покажут участников фестиваля Context. Film
Он посвящён связи современной хореографии и кино.
В нескольких городах России пройдут спецпоказы к 70-летию хореографа Охада Нахарина
Цикл показов охватит Москву, Петербург, Екатеринбург и Новосибирск.
Шпаги наготове: вышел трейлер фильма «Три мушкетёра: Д’Артаньян»
В нём снялись Ева Грин, Венсан Кассель и Луи Гаррель.
Второй сезон «Манюни» выйдет 15 декабря
Премьера состоится на платформе Okko.
«Солнце моё» признано лучшим британским независимым фильмом 2022 года
Его постановщица Шарлотта Уэллс получила несколько премий BIFA.