Фильм Кирилла Серебренникова «Петровы в гриппе»: и вокруг него тоже

До родного проката наконец-то добрался один из самых долгожданных отечественных фильмов года — «Петровы в гриппе» Кирилла Серебренникова. Экранизация романа Алексея Сальникова была единственным представителем России в конкурсе Канн-2021. Максим Ершов уверен, что картину должны посмотреть все любители авторского кино, но поклонники литературного первоисточника могут расстроиться.

Кадр из фильма «Петровы в гриппе»

Автослесарь Петров (Семён Серзин) чувствует, что заболевает гриппом перед Новым годом, но дома ему не сидится. В троллейбусе встречаются сплошь озлобленные безумцы, даже помятого вида кондукторша-Снегурочка доверия не вызывает. У Петрова есть вечно докучающий приятель Игорь (Юрий Колокольников), с которым можно весело прокатиться в катафалке рядом с покойником в гробу. С женой Нурлынисой (Чулпан Хаматова), библиотекаршей с повадками маньячки и ножом наготове, автослесарь развёлся, но этого теперь уже бывшие супруги почти что и не заметили: живут чаще вместе и воспитывают сына-школьника. Семейная идиллия, не иначе. Грипп всё-таки даёт о себе знать — стоит только Петрову закрыть глаза, как перед ним встают картины из прошлого: поход на новогоднюю ёлку (такое же памятное мероприятие предстоит и Петрову-младшему, но если удастся сбить температуру) и самоубийство приятеля студенческих лет. И самому герою, и зрителям крайне трудно разобраться, что сон, что явь, что гриппозные галлюцинации.

Пересказывать сюжет романа екатеринбургского писателя Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него» — дело неблагодарное. В первую очередь читателя цепляет цветастый, алогичный, но совершенно прекрасный язык книги. Текст настолько увлекает, что непосредственно развитие событий кажется вторичным, чуть ли не лишним. В романе герои движутся по замысловатым траекториям (путаются времена, мысли, какие-то истории резко обрываются), сам мир произведения подчиняется неписаным законам сюрреалистического жанра. Голова кружится то ли от восторга, то ли от запутанности.

Кадр из фильма «Петровы в гриппе»

Само название книги явно отсылает к пьесе Александра Введенского «Ёлка у Ивановых». Одна распространённая фамилия сменила другую, но торжественное празднование Нового года осталось, а житейская логика ушла в сторону. Не зря действие развивается в конце декабря, в канун самого объединяющего всех россиян праздника. Новый год, новая жизнь, но раз за разом ничего не меняется.

«Петровы» казались неэкранизируемым произведением, но надежды оставались. Сам Кирилл Серебренников сравнивает роман с «Улиссом» Джеймса Джойса, только странствия Стивена Дедала и Леопольда Блума по Дублину уместились в один день, а Петровы блуждают по спальным районам с рядами панелек хтонического Екатеринбурга несколько дней.

Пересказать сюжет «Петровых в гриппе» Серебренникова — дело неблагодарное вдвойне. Без литературного первоисточника совладать с сюжетом вряд ли удастся. И режиссёр словно бы добивался такого эффекта. И без того странный мир он показывает через собственную оптику. Съёмки фильма проходили на стыке 2019 и 2020 годов, когда режиссёр находился под домашним арестом и ждал приговора по делу «Седьмой студии». Тревоги и страхи нашли отражение в сценарии «Петровых». Роман Сальникова местами очень смешной, его экранизация получилась мрачнее, по-настоящему весёлых эпизодов в ней и не вспомнить.

Кадр из фильма «Петровы в гриппе»

Главная же примета этой мистической киноодиссеи — бесшовность перехода придуманного в настоящее, сюрреалистического в обычную провинциальную действительность. Гриппозное состояние Петрова-старшего, чьими глазами мы смотрим первую половину фильма, передаётся зрителю. Попавший в пограничье между галлюцинациями и бытом автослесарь (совершенно обычный человек) утаскивает за собой в ад всех.

Характерен эпизод в троллейбусе. Один из местных «политологов» пенсионного возраста говорит, что всех подлецов, стоящих сегодня у власти, стоило бы расстрелять. Петров-старший тут же живо представляет себе эту сцену. Монтаж настолько резкий, что зритель даже не успевает заметить, как он заглянул в голову к автослесарю и вынырнул из этой бездны.

Серебренников вслед за Сальниковым пытается добраться до сердца тьмы русской хтони и находит её в советском детстве. Главным травматическим опытом мальчика Серёжи (будущего автослесаря Петрова) становится поход на новогоднюю ёлку, а одним из самых ярких воспоминаний — ледяная рука Снегурочки Марины (Юлия Пересильд). Одно это рукопожатие становится мостиком между двумя частями фильма. Вторая половина картины, снятая в стилистике советских мелодрам, — чёрно-белая история этой Снегурочки.

Кадр из фильма «Петровы в гриппе»

С ремесленной точки зрения новый фильм Серебренникова вызывает минимальное количество вопросов. По делу в Каннах была отмечена призом Высшей технической комиссии операторская работа Владислава Опельянца. На славу постарались художники-постановщики и художники по костюмам. Кажется уместным даже нарочито чрезмерный стиль Серебренникова, который здесь достигает высшей концентрации. Где ещё можно так разгуляться, как не в этой иррациональной реальности?

Но при этом в единое целое картина словно бы отказывается складываться. Если пытаться сжать фильм до нескольких предложений, выходит высказывание о природе и свойствах русского мира на примере жизни одного автослесаря. Как-то громко и чересчур амбициозно. Всё это не уложить ни в полтора часа, ни в 140 минут (а столько длятся «Петровы»).

Магическим клеем, который связывал иррациональные эпизоды, был волшебный язык Сальникова. Серебренников пытается передать его, оставляя зрителю на стенах лифтов и подъездов, на корешках книг тайные послания, состоящие из цитат пабликов в соцсетях. Связь с современностью становится ещё сложнее и запутаннее.

Конечно же, «Петровы» остаются одним из главных кинособытий этого года (особенно для любителей авторского кино), но чуда не произошло. Самобытный литературный язык найти дороги на большие экраны не смог.

Читайте также
Рецензии Пути/ы материнства: на Венецианском фестивале показали фильм «Незнакомая дочь» Мэгги Джилленхол 
Ксения Ильина — про режиссёрский (и прелюбопытный) дебют знаменитой актрисы
Рецензии «Параллельные матери» — мелодрама Педро Альмодовара, задавшая тон Венецианскому фестивалю
Егор Москвитин рассказывает о фильме открытия Венецианского кинофестиваля — 2021
Рецензии «Шан-Чи и легенда десяти колец»: супергеройская разборка в стиле кунг-фу
Ефим Гугнин — о последней марвеловской новинке, пропитанной пафосом и фольклором
Рецензии Фильм «Кэндимен»: только крикни — он появится
Влад Шуравин посмотрел страшилку от Universal и не побоялся произнести *его* имя
Рецензии «Легенда о Зелёном Рыцаре»: идущий к смерти приветствует тебя
Анна Закревская о новой, на этот раз в сеттинге средневековой Англии, картине режис...
Рецензии Картина «Не дыши 2»: вдох-выдох, а мы опять играем в сиквел 
Влад Шуравин рассуждает, насколько сильно сиквел не дотягивает до оригинала
Также рекомендуем
1 мая 1992 года вышла картина Михаила Вартанова «Параджанов:последняя весна» — один из самых удивительных...
Мария Ремига отмечает подборку из трёх картин о тех, кто выступил против режима
О Нике Кейве можно говорить много и по-разному. Скорее всего, вы точно слышали хотя бы один его саундтрек, но даже не до...
На «Кинотавре» показали «Керосин» Юсупа Разыкова. Алексей Филиппов находит в фильме мотивы Хамдамова, Васнецова и русск...
Рецензии
«Параджанов: последняя весна»: летающие режиссёры
1 мая 1992 года вышла картина Михаила Вартанова «Параджанов:последняя весна»&n...
Подборки
Хотелось бы всех поимённо назвать: фильмы о политических заключённых
Мария Ремига отмечает подборку из трёх картин о тех, кто выступил против режима
Катушка Уоллес
#6 Катушка Уоллес. Саундтрек Ника Кейва
О Нике Кейве можно говорить много и по-разному. Скорее всего, вы точно слышали хотя...
Рецензии
«Керосин»: страшные сказки русского мира
На «Кинотавре» показали «Керосин» Юсупа Разыкова. Алексей Филиппов находит в фильм...