Книга доводов: Зинаида Пронченко о фильме (уравнении) Кристофера Нолана

До проката новый фильм Кристофера Нолана ещё доберётся, но у зрителей есть возможность уже сейчас изучить вереницу статей кинокритиков о картине режиссёра. Страсти по Нолану не утихают, «Довод» и хвалят, и ругают, как водится. В своём материале Зинаида Пронченко не выносит конкретных оценочных суждений, но пытается решить уравнение Нолана, понять: что же ждёт всех нас после знака «=». Важное замечание: в статье нет ни намёка на спойлеры, безопасное чтение от кинокритика, который ушёл с фильма за двадцать минут до конца. Веский «Довод» — финал фильма точно «слит» не будет.


Этот текст предсказуемо мог бы начинаться с насмешек в стиле «Петербургский некрополь» — нигде кроме так сильно не недолюбливают Кристофера Нолана, как на берегах Невы. И продолжаться списком известных претензий: Нолан опять принимает себя за Бога (зачёркнуто) за Стэнли Кубрика, абсолютно все без исключения сцены нового фильма — набор вопиющих смысловых лакун. Врёшь, Кристофер, не проведёшь, драматургическую (геополитическую) катастрофу не натянешь на теорию поглощения Уилера — Фейнмана. Короче, хочешь насмешить петербургских кинокритиков — расскажи им про «Довод» Кристофера Нолана, его время прошло, «энтропию, увы, не инвертировать».

Однако…

В «Книге образов» Годар говорит, что любая деятельность, чьё время истекло, становится искусством: руина сегодня именно что руина. Это случай «Довода». Кристофер Нолан, дорвавшись до головокружительных бюджетов и полномочий спасителя чумного кинопроката, наконец-то смог воплотить в жизнь заветы идеологов «структурного кино». Несмотря на доктринальную дидактичность этой громоздкой многопалубной конструкции, корабль под названием «Tenet» никуда не плывёт и ничем не кажется. Даже не намерен казаться.


Нолан победил речь, погрузившись в пучины языка, разобранного на звуки. Два с половиной часа божественной цветомузыки, означающее победило означаемое. Совершенно неважно, кто пытается уничтожить мир во вселенной Нолана, карикатурный русский олигарх с нерусской фамилией или коллективное несознательное эго, в быту именуемое несчастным случаем, а в мифологии — фатумом. Важно, что каждый кадр отменяет потребность монтажной склейки, причинно-следственных связей, нарратива, не желает складываться в текст, утверждает абсолютную свободу образа от видовых конвенций и, главное, от необходимости «вчитывания», понимания. Кино Нолана не нужен зритель, как, например, «Моне Лизе» Да Винчи или «Чёрному квадрату» Малевича.

У эффектного плана молчаливо, горделиво наматывающих ледяной воздух Атлантики на свои лопасти ветряков нет ни прошлого, ни будущего, ни до, ни после. Это законченное произведение en soi. История, завершившаяся, так и не начавшись. У скользящих по средиземноморским волнам парусных болидов или бесконечно уменьшающихся в убегающем вспять пространстве таллинского автобана «БМВ» и «ауди» — тоже. Тотальная красота небытия, подавляющая зрителя абсолютом пустоты. Нолан производит двадцать четыре контрапункта в секунду, его кадры отталкиваются, как и полагается противоположностям. Сближение подразумевает связные смыслы, а именно они-то и подлежат уничтожению.


Образ стал для Нолана орудием убийства, кинематограф — его актом. Что может быть актуальнее в 2020-м. Объяснительные, зачитываемые протагонистами, так и не разберёшься, в кадре или за его пределами, — синонимы бессилия. Ведь это говорит как бы наука, наделённая сегодня божественными свойствами и привилегиями. Но ведь и она умыла руки, предложив человечеству в качестве панацеи делать то же самое как можно тщательнее, как можно чаще.

Мозаика узнаваемых триггеров, типичных для любой бондианы, которую, конечно же, держишь за просмотром «Довода» в уме: плутоний, развал СССР, таинственные закрытые для первого мира радиоактивные города третьего, взрывоопасный темперамент Ближнего Востока и лицемерная хитрость Дальнего — впервые не складываются в голливудском блокбастере в решённое уравнение.

Так же, как глобальный мир развалился на национальные государства весной текущего года, так же картина Нолана «развоплощается» до абстрактных автономных пикселей. Привычный туристический маршрут, состоящий сплошь из зрелищных локаций, — Вьетнам, Мумбаи, Амальфитанское побережье — в «Доводе» не превращается в вояж. Нужных рейсов не найдено, пишет Нолан на экране.


Если прежде, в «Начале» или «Интерстелларе», любой герой был воспоминанием о чём-то большем или обещанием оного, то в новой картине он не нуждается в доводах или доказательствах своего существования. Роберт Паттинсон или Элизабет Дебики, не говоря уже о Джоне Дэвиде Вашингтоне, — это пешеходы, которые не вышли из точки А, не добрались до точки Б, а замерли, как море волнуется раз, внутри живой картины, чтобы появиться в следующей с незначительными, на уровне аксессуаров, изменениями в одежде. У Паттинсона это богемный шарфик Banana Republic, у Вашингтона — тройки Brooks Brothers, у Дебики — ансамбли хичкоковских блондинок от Джеффри Кёрланда. Их паровозики лучшие в мире, потому что они никуда не едут, да и вагоны на самом деле отцепили.

Апофатическая онтология Нолана, годами метавшегося между прогрессом и регрессом, кто кого поборет, будущее или прошлое, как-то незаметно, но вполне наглядно отменила настоящее. У нас больше нет доводов для того, чтобы оставаться в живых. У кинематографа тоже.

Читайте также
Фильм «Тесла» с Итаном Хоуком: шоковая терапия
27 августа до российских кинотеатров доберутся разряды переменного тока. В прокат выходит «Тесла» — неординарный байопик о гениальном...
«Поезд в Пусан 2: Полуостров»: эти зомби делают больно иначе
В посткарантинный российский прокат въезжает сиквел фильма «Поезд в Пусан», наречённый в оригинале без нагромождений — «Полуостров...
Мафия засыпает: документальный сериал «Fear City»
В 1970 году агенты ФБР задумали немыслимую «дерзость»: скинуть с пьедестала пять мафиозных семей, главы которых крепко держали в руках бра...
Фильм «Секрет» с Кэти Холмс: витализм и креативная визуализация
6 августа в российский прокат выходит американская мелодрама «Секрет», основанная на одноимённой книге австралийки Ронды Бёрн. Максим Ершов объ...
Премьера фильма «Незваный гость»
Семья остаётся главной темой в азиатском кино, флагманским мотивом для триллеров и фильмов ужасов. Тот же недавний корейский триумфатор «Парази...
Картина «Последние и первые люди»: послание из будущего
После премьеры на Beat Film Festival 6 августа A-one выпускают в российский прокат  философское видеоэссе о неизбежном конце света «П...
Также рекомендуем
В российский прокат выходит драма взросления «Наш отец» Клаудио Ноче. 1970-е, Италия, улицы охвачены жестоким...
С 31 января на Netflix — новый фильм любимцев всех на свете кинокритиков, братьев Сэфди, «Неогранённ...
После долгой вереницы отсрочек игровая адаптация анимационной ленты «Мулан» 1998 года выходит на сервисе Disney+, а...
Тимур Алиев собрал подборку кинолент об охоте за сокровищами.
Фильм «Наш отец» Клаудио Ноче: шум, ярость и «годы свинца» 
В российский прокат выходит драма взросления «Наш отец» Клаудио Ноче. 1970-е, Италия, улицы охвачены жестоким противостоянием между крайне правыми ...
Ювелирная работа: «Неогранённые драгоценности» братьев Сэфди
С 31 января на Netflix — новый фильм любимцев всех на свете кинокритиков, братьев Сэфди, «Неогранённые драгоценности» — несколько дне...
«Мулан»: одна из лучших игровых адаптаций Disney со своими недостатками
После долгой вереницы отсрочек игровая адаптация анимационной ленты «Мулан» 1998 года выходит на сервисе Disney+, а в России — на экр...
7 неочевидных фильмов об искателях приключений
Тимур Алиев собрал подборку кинолент об охоте за сокровищами.

Последние новости

На «Ленфильме» покажут участников фестиваля Context. Film
Он посвящён связи современной хореографии и кино.
В нескольких городах России пройдут спецпоказы к 70-летию хореографа Охада Нахарина
Цикл показов охватит Москву, Петербург, Екатеринбург и Новосибирск.
Шпаги наготове: вышел трейлер фильма «Три мушкетёра: Д’Артаньян»
В нём снялись Ева Грин, Венсан Кассель и Луи Гаррель.
Второй сезон «Манюни» выйдет 15 декабря
Премьера состоится на платформе Okko.
«Солнце моё» признано лучшим британским независимым фильмом 2022 года
Его постановщица Шарлотта Уэллс получила несколько премий BIFA.