Сериал «Игра в кальмара»: южнокорейский хит Netflix об играх на выживание

Кадр из сериала «Игра в кальмара»

Согласно данным портала FlixPatrol, ежедневно собирающего статистику по продукции стриминг-сервисов, 26 сентября «Игра в кальмара» забралась на первое место по популярности в 76 из 83 стран, где доступен Netflix, в том числе в США. Рассказываем о южнокорейском проекте, который смог поженить фильм «Королевская битва» с бёртоновской картиной «Чарли и шоколадная фабрика».

Когда-нибудь это должно было случиться. Корейская музыка, большой кинематограф, а главное — сериалы штурмуют западный рынок уже не первый год. Отвечать на запросы зрителя (читай потребителя) — прямая обязанность больших медиаигроков. Поэтому неудивительно, что Netflix постепенно добавлял в свою библиотеку проекты «корейского происхождения». Будь то документальная лента про мегапопулярную женскую k-pop группу Black Pink, или же картина про «Космических чистильщиков» режиссёра Чо Сон-хи, или дорама (так зовутся корейские сериалы) про зомби-апокалипсис («Милый дом», реж. Ли Ын-Бок). Но эти проекты скорее тешили внимание преданных поклонников корейской культуры и мало привлекали зрителя «вне пузыря». Но тут студия предложила зрителям сыграть в кальмара.

Фото со съёмок сериала «Игра в кальмара»

«Игра в кальмара» — южнокорейский проект, которому удалось занять первую строчку в топе 10 многосерийных проектов Netflix в большинстве стран (на момент написания текста Россия в это большинство не входила, но ещё не вечер). В центре сюжета — несколько героев, оказавшихся по разным причинам в долговых ямах. Все они панически нуждаются в деньгах и готовы ухватиться за любую спасительную соломинку. И шанс предстаёт перед ними в лице героя Кон Ю («Поезд в Пусан», «Гоблин»), к слову, это минутное появление актёра на экране ожидаемо породило волну мемов, что опять-таки сыграло на руку всему проекту. Загадочный незнакомец уговаривает потягаться в банальной детской игре (аналог наших «кэпсов», цель состязания — перевернуть фишку оппонента), а после вручает деньги и визитку, намекнув, что у героя есть возможность заработать в разы больше. И тот соглашается.

По сюжету персонажей закрывают на таинственном острове, где ведущий в маске предлагает каждому поучаствовать в детских играх. С каждым выбывшим увеличивается банк, в финале можно заполучить запредельную сумму денег, которая каждому позволит распрощаться с долгами и бедами. Проблема в том, что проигравший лишается не только права на дальнейшее участие в состязаниях, но и жизни. И в первой же игре «Тише едешь — дальше будешь» будут расстреляны около 200 человек разом.

«Игра в кальмара» (выбор названия проговаривается в первой же серии) — это не аналог «Пилы» или ей подобных историй. Над всем этим «развлечением» не стоит большой архитектор, предлагающий участникам против их воли искупить вину и покаяться в грехах; герои добровольно участвуют в «крысиных бегах», рискуя жизнями. Зачинщик «шоу» использует финансовую нужду как гарантию вовлеченности. О том, что долговые отношения в Южной Корее и по сей день, возможно, самые крепкие в стране, говорил ещё триумфатор «Оскара» Пон Чжун Хо, рассуждая о социальном контексте своих «Паразитов». Герои игр на выживание объединяются в «стаи», строят козни, устанавливают власть и унижают слабых. Конструируют новое общество в утрированно красочной, «кукольной» реальности, будто «Королевскую битву» создатели поместили в декорации бёртоновской фабрики Вилли Вонки.

Кадр из сериала «Игра в кальмара»

В своё время такой же интерес у аудитории вызвала картина «Платформа», которая также обращалась к теме человеческого в нечеловеческих условиях. Возможно, студии даже удалось вывести некую формулу успеха. Южнокорейский сериал уже захватил ленту в TikTok (а это мощный индикатор популярности): пользователи нарезают видео с реакциями на особо жестокие сцены из сериала, строят догадки о происхождении всего острова и примеряют на себя роли участников этих игр. «Игра в кальмара» — зрелище, конечно, кровавое. Но сразу стоит оговориться: градус насилия в этом проекте значительно снижен по сравнению с другими корейскими представителями жанра. Бывалые поклонники точно знают, как режиссёры умеют презентовать жестокость, убийства, отчаяние и страх на экране, в сериале же «Игра в кальмара» Netflix будто делает скидку на неподготовленного клиента. Студия организовала первое свидание, но не предлагает завязывать крепкие отношения. Хотя интересно, после ошеломительного успеха сериала кого ещё на встречу с пользователем приведёт этот медиаигрок?


Автор — Ярославна Фролова
Поделиться
Читайте также
Рецензии «Случайность и догадка»: игры судеб в трёх этюдах
Максим Ершов отмечает карьерный путь звезды азиатского кино Рюсукэ Хамагути.
Рецензии Сапоги и цепи правоты: в прокате «Иван Денисович» Глеба Панфилова
Тимур Алиев — об экранизации знаменитого рассказа Александра Солженицына.
Рецензии «Холодный расчёт»: Пол Шредер снова играет в имитацию
Оскар Айзек снялся в роли картёжника, которому выпал шанс совершить возмездие.
Рецензии Фильм «Дюна»: конфликт формы и содержания
С выходом фильма вспоминаем прошлые попытки перенести роман на экран
Рецензии «Узники страны призраков»: дикий, дикий (к счастью) Кейдж
В прокат ворвался диковинный фильм с панковским Николасом Кейджем
Рецензии Cвет мой, зеркальце, скажи: бодрый мета-док Билла Бенца о певице St. Vincent
Ксения Ильина рассказывает о мокьюментари про создание захватывающего дока
Рецензии Фильм «Обходные пути»: кладмен, следи за собой
Неожиданный лауреат Мостры — экспериментальный фильм о московском закладчике
Рецензии «Прошлой ночью в Сохо»: Райт в отражени
О психоделическом фильме про скитание по двум временам — в рецензии Ефима Гугнина
Рецензии Какая разница, кто в доме хозяин: фильм «Злое» Джеймса Вана
Влад Шуравин рассказывает о новом копеечном хорроре соавтора «Пилы»
Рецензии Фильм Кирилла Серебренникова «Петровы в гриппе»: и вокруг него тоже
Рассказываем, почему поклонники романа Сальникова могут расстроиться
Рецензии Пути/ы материнства: на Венецианском фестивале показали фильм «Незнакомая дочь» Мэгги Джилленхол 
Ксения Ильина — про режиссёрский (и прелюбопытный) дебют знаменитой актрисы
Рецензии «Параллельные матери» — мелодрама Педро Альмодовара, задавшая тон Венецианскому фестивалю
Егор Москвитин рассказывает о фильме открытия Венецианского кинофестиваля — 2021
Также рекомендуем
«Овдовевшая ведьма»: это место мне знакомо, как окраина Китая
В конкурсе 12-го фестиваля имени Андрея Тарковского «Зеркало» показали победителя престижного роттердамского смотра — фи...
Мама! Мыло! Дорамы! Гид по лучшим азиатским сериалам последних лет
Ещё недавно дорамы, или азиатские сериалы, были для остального мира такой же экзотикой, как, например, японские реалити-...
Они убили мечту. Почему сериал «Убийство Джанни Версаче» — это очень важно
Закончился второй сезон антологии «Американская история преступлений» — сериал «Убийство Джанни Версаче» производст...
#9 Катушка Уоллес. «Драйв». Короткая жизнь ретровейва
Что такое наша память? Это набор образов? Идеализированная картинка прошлого? Или набор нейронных связей? Тема памяти, в...
Рецензии
«Овдовевшая ведьма»: это место мне знакомо, как окраина Китая
В конкурсе 12-го фестиваля имени Андрея Тарковского «Зеркало» показали победителя п...
Подборки
Мама! Мыло! Дорамы! Гид по лучшим азиатским сериалам последних лет
Ещё недавно дорамы, или азиатские сериалы, были для остального мира такой же экзоти...
Рецензии
Они убили мечту. Почему сериал «Убийство Джанни Версаче» — это очень важно
Закончился второй сезон антологии «Американская история преступлений» — сериал...
Катушка Уоллес
#9 Катушка Уоллес. «Драйв». Короткая жизнь ретровейва
Что такое наша память? Это набор образов? Идеализированная картинка прошлого? Или н...