#комикс-код: если бы улицы могли говорить

КИНОТВ

Неграфический роман о (кино)комиксах как воплощении современной массовой культуры выходит в город. Сегодня обсудим, почему населённый пункт — всегда персонаж, а величие и никчёмность архитектуры говорят об одном и том же: важности и уязвимости отдельного взгляда.

Есть такой трюизм, мол, город в фильме — не просто чашка Петри для драматургии, но и самостоятельный персонаж. Вечно льющий слезы нуар-сити из круто сваренного детектива, манящий к облакам мегаполис с его небоскрёбами в историях успеха, Москва — город контрастов и далее везде.

Город, как и интерьер, — всегда персонаж. Даже если режиссёр с декоратором не раскладывают в бардаке предметы, знаменующие цвет настроения сцены, как делал Микеланджело Антониони. Достаточно эффекта Кулешова и зрительского опыта, составляющих смысл из двух соседних кадров. Панорама города, разрезающая визуальное повествование с целью туризма или создания долженствующей атмосферы, — уже полноправный участник действа, пускай и функциональный, эпизодический, порой — камео.

Разворот графического романа «Контракт с Богом»/Издательство «МИФ»

В (кино)комиксах, конечно, сложнее отделить героев от задника, потому что на бумаге изгибы крыш зачастую диктовали атмосферу места и резонировали с думами персонажей. Так, в этапном «Контракте с Богом» (1978) Уилла Айснера (премия его имени — аналог комикс-«Оскара») арендный дом №55 на Дропси-Авеню и его окрестности превращались не в стену, а в целый квартал плача.

Поговорка гласит, что у стен есть уши, но на самом деле у них получше с памятью, чем со слухом. Здания хранят ауру времён, отпечатки эпохи, отражают эмоциональное, финансовое и историческое положение хозяев или жильцов. Достаточно посмотреть на сияющий Метрополис Супермена, затянутый тучами у Зака Снайдера в фильме «Бэтмен против Супермена» и режиссёрской версии «Лиги справедливости», или вечно смурной Готэм у Бёртона, Нолана, Шумахера. Каждый предпочитал свою степень безнадёги: «Бэтмен» 1989-го тяготел к готике и мраку как эстетической манере; «Тёмный рыцарь» (2008) предпочитал фантазию о Нью-Йорке из, скажем, «Схватки» (1995) Майкла Манна, где город становился асфальтовым рингом для двух людей чести, разведённых по разные стороны закона. 

Метрополис на кадре из фильма «Бэтмен против Супермена: На заре справедливости»/Warner Bros.
Готэм на кадре из фильма «Тёмный рыцарь»/Warner Bros.

Иронично, что и Метрополис, и Готэм с Нью-Йорка, в общем, списаны: в хороший и дурной день соответственно, с примесью других мегаполисов — Чикаго (оба) или Лос-Анджелеса и Детройта (М.). Вдобавок столица Супермена напоминает об одноимённой классической (анти)утопии Фрица Ланга 1927 года, придуманной под впечатлением от американских мегаполисов. И NY, разумеется, в первых рядах.

Тут интереснее отойти на шаг назад и взглянуть не на масштаб и настроение, а на хронику и расходящиеся проспекты. То, что Город грехов, Нью-Йорк «Хранителей» или Город из «Трансметрополитена» заливает паранойей и безнадёгой, видно невооружённым глазом. Особенно в кинокомиксах, где нередко повышают контраст и сгущают краски: вспомните хоть злые улицы «Джокера», хоть «Скотта Пилигрима» с его волшебной Канадой или вообще наркотический Чикаго «Дика Трэйси» (1990), где дома были таких цветов, что можно ослепнуть от техниколоровской благодати.

Ещё один трюизм: «Мой дом — моя крепость». А каждый город в анамнезе имеет травму Вавилона: проклятие разнообразия, несводимого к общему знаменателю. Утопия или готический кошмар, обыденность субурбии или подростковая грёза, как в кинокомиксе «Далеко по соседству» (2010), — всё это проекция лишь одного взгляда, даже ракурса, который если и меняет точку съёмки, то неспешно: чтобы все видели.

Поэтому размышление о городе как персонаже нужно не для того, чтобы поговорить о погоде, состоянии дорог и уровне жизни. Именно в городе проще поймать чей-то взгляд. Вернее: понять, что же это за взгляд такой, почему он видит всё именно так.

Кадр из фильма «Дик Трэйси»
Кадр из фильма «Дик Трэйси»

Кадр из фильма «Дик Трэйси»
Кадр из фильма «Дик Трэйси»

Вырвиглазные декорации «Дика Трэйси», как и перекошенные печатью гротеска и геометрии морды преступников, — следствие мягкого мачизма титульного персонажа, которого играет 53-летний Уоррен Битти (Клайд Бэрроу и режиссёр фильма). Его взгляд буквально трансформирует пространство, метит, как шельму, всех негодяев и притягивает певицу-красотку в исполнении Мадонны, которая годится борцу с преступностью в дочери.

Или геймификация Торонто у Эдгара Райта вслед за автором комикса Брайаном Ли О’Мэлли — не только блестящая стилизация, но побочка эгоцентризма и незрелости Скотта Пилигрима. Не потому, что видеоигры, мол, инфантильны, а потому что выбранные им ритуалы — они могли быть совсем из другой сферы — позволяют не задаваться по-настоящему серьёзным вопросом. Как на его эго влияет существование Лиги злых бывших и зачем драматизировать каждое событие смайликами и монетками.

Город-станция Альфа из «Валериана и города тысячи планет» — чистая утопия из 1960-х, когда и начал выходить одноимённый комикс, где равенство и братство ещё не до конца победили, — но это всего лишь досадный просчёт. Пускай и уходящий корнями к самым задам истории, когда эта утопия строилась асфальтовым катком колониальности, что всё-таки склоняет взор фильма на сторону белого мужчины Валериана (потому и не менее значимая Лорелин не влезла в заголовок).

Фрагмент из фильма «Валериан и город тысячи планет» об основании города-станции «Альфа»

Всё ещё мало представленный в обеих индустриях female gaze в основном существует на сопротивлении. Коллажем из воспоминаний и взглядов на себя со стороны рассыпается хронотоп автобиографического «Персеполиса» Маржан Сатрапи. Патриархальные нравы, диктатура, эмигрантский опыт и турбулентность взросления вынуждают отстраивать идентичность и взгляд от противного. «Чёрная вдова», «Капитан Марвел», «Чудо-женщина» и «Хищные птицы» заняты борьбой с (мужскими) голосами в своей голове — в том числе уничтожением патриархальных архитектуры и нарратива. Основанная на культовом австралийском комиксе «Танкистка» (1995) наводит шороху в постапокалиптическом мире, где города практически уподоблены свалке, а значит, глаза нужны лишь для стрельбы и поиска воды (режиссёрка Рэйчел Талалай строго блюдёт дух эпохи, когда смертоносность как бы уравнивает всех).

Итого: массовая культура зачастую продолжает играться в Вавилон, предполагая, что в любой голос и взгляд, сколь угодно индивидуальный, можно уместить подобие универсальности. Оттого строительство и рождение городов-персонажей движется довольно медленно — и преимущественно назад: к понятным константам вроде нуара, подворья, двух башен и прочих общих мест.

Тем интереснее, когда это не маскируется благородными помыслами, а буквально сталкивает человеческое и божественное (универсальное). Как, например, в страшно недооценённом — из-за фрагментарного сюжета и уморительной графики — фильме Энки Билала «Бессмертные: Война миров» (2004), поставленном им по собственной графической трилогии «Никополь». История о мире, в котором всё смешалось, — земляне и инопланетяне, киборги и боги — напоминает свалку фантазии, где планетарный комплекс неполноценности порождает такое же мироустройство, сюжетосложение, евгенические эксперименты и архитектурную мешанину. Редкий случай реалистичного Вавилона: нагромождения тысячи способов почувствовать себя менее никчёмным человеком, когда ты прискорбно далёк от бессмертного и неутомимого в сексе бога Гора.

«Этот город боится меня. Я видел его истинное лицо, улицы — продолжение сточных канав, а канавы заполнены кровью. И когда стоки будут окончательно забиты, то вся эта мразь начнёт тонуть…» Но красота — в глазах смотрящего.

Читайте также
Спецпроект Смотреть аниме: дзёсэй — трудности реальных отношений
КИНОТВВзрослые истории в японской анимации и манге делятся на два ключевых типа. О сэйнене, жанре для юношей, мы уже успели поговорить — пришло время историй ...
Спецпроект Экранизируй это: «1793. История одного убийства» Никласа Натт-о-Дага (2017)
КИНОТВ Алексей Васильев продолжает строить догадки и выдвигать предложения об экранизациях. В этом выпуске — жестокий, загадочный скандинавск...
Спецпроект История одного саундтрека: «Карнавал»
На фото: Татьяна Лиознова/взято с сайта Московской филармонии29 сентября исполнится десять лет со дня смерти Татьяны Лиозновой, одной из самых интересных и пр...
Спецпроект «Фрэнк Герберт, написавший книгу в 60-х, вероятно, был гомофобом»: Стеллан Скарсгард о «Дюне»
Twitter/Dune/Venice Film Festival Poster/Dune В этом материале Стеллан Скарсгард рассказывает о работе над...
Также рекомендуем
1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1.1. Настоящие правила проведения и участия в конкурсе (далее по текст...
Даша Видре перевела статью критика IndieWire Эрика Кона о вышедшей «Лиге справедливости Зака Снайдера». Пока наши кинокр...
Зинаида Пронченко о самой ажиотажной премьере 76-го Венецианского кинофестиваля и, похоже, главном фильме осе...
25 лет назад на экраны вышла киноадаптация комикса о системе правосудия, которая борется с анархией ...
Статьи
Правила проведения конкурса «Джокер для Харли»
1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1.1. Настоящие правила проведения...
Рецензии
«Лига справедливости» Зака Снайдера: четыре часа фансервиса — это слишком, но зато теперь всё понятно
Даша Видре перевела статью критика IndieWire Эрика Кона о вышедшей «Лиге справедлив...
Рецензии
«Джокер»: возвращение антигероя
Зинаида Пронченко о самой ажиотажной премьере 76-го Венецианского кинофе...
Статьи
«Я — закон»: 25 лет фильму «Судья Дредд»
25 лет назад на экраны вышла киноадаптация комикса о системе правосу...

Последние новости

Новости Братья Руссо считают, что Крис Эванс мог бы сыграть Росомаху
«Эванс обладает невероятным актёрским диапазоном и великолепной физической силой, и...
Новости Джордан Пил беспокоился о судьбе кино, когда создавал хоррор «Нет»
«Я нацелился на великую американскую историю об НЛО».
Новости Братья Даффер обещают неожиданный спин-офф «Очень странных дел»
Режиссёры говорят, что удивятся даже в  Netflix.
Новости Фильм Пабло Ларраина «Граф» об Аугусто Пиночете выйдет на Netflix
Это чёрная комедия, в которой диктатор представлен вампиром.
Новости Дневники Алана Рикмана увидят свет в октябре
Актёр писал их более двадцати лет.
Новости Зои Кравиц начала съёмки своего режиссёрского дебюта Pussy Island
В триллере снимаются Ченнинг Татум, Саймон Рекс и сама Кравиц.
Новости Warner Bros. выпустили синопсис приквела «Безумного Макса» про Фуриосу
Судя по всему, в фильме появится молодой Несмертный Джо.